Когда мы говорим о личных границах, чаще всего речь почему-то сразу идёт о том, чтобы не позволять другому человеку себя оскорблять, повышать на тебя голос, унижать. Но границы — это гораздо более широкое понятие.
Я бы выделил как минимум три больших категории: физические границы, эмоциональные границы и границы, связанные с вещами и личным пространством.
И вот что интересно: очень многие люди прекрасно понимают, что их граница нарушается. Они чувствуют раздражение, дискомфорт, злость, обиду. Они понимают, что им неприятно. Но при этом ничего не делают.
И вот здесь, на мой взгляд, начинается самое интересное.
Потому что понимать, что тебе неприятно, и уметь отстаивать свои личные границы — не одно и то же.
Можно очень хорошо понимать, что человек подошёл слишком близко, что тебе неприятно его прикосновение, что он взял твою вещь без разрешения, что с тобой разговаривают так, как тебе не подходит. И при этом промолчать.
Почему?
Вот об этом и хочется поговорить.
Какие бывают личные границы
Физические границы
Например, человек приходит на работу, и кто-то из коллег при встрече постоянно его обнимает. Вроде бы ничего страшного. Коллега делает это из дружеских побуждений. Человек улыбается и позволяет себя обнять.
А потом идёт дальше и думает: «Почему я опять позволил это сделать? Я же не хотел».
То есть в момент самого контакта он не обозначил свою границу. А уже потом, когда ситуация закончилась, появляется раздражение — в том числе на самого себя.
Или другой простой пример — очередь в аптеке. Человек стоит, а кто-то подходит слишком близко. Настолько близко, что ему становится физически неприятно.
Но вместо того чтобы сказать: «Пожалуйста, отойдите немного», он сам делает шаг вперёд или в сторону.
То есть он не выстраивает границу. Он просто убирает себя из ситуации, которая вызывает дискомфорт.
На первый взгляд проблема решена: человек отошёл, напряжение уменьшилось.
Но если такой способ становится привычным, человек каждый раз решает проблему избеганием, а не обозначением собственной границы.
И это важный момент.
Если человек постоянно решает проблему только тем, что сам отходит, уходит, избегает, терпит или подстраивается, механизм отстаивания собственной границы у него от этого не формируется.
Эмоциональные границы: когда человек понимает, что ему плохо, но молчит
С эмоциональными границами всё ещё сложнее.
Например, травля в школе.
Ребёнок может ежедневно сталкиваться с давлением, насмешками, унижением. И он далеко не всегда знает, как обозначить свою границу. Иногда он даже не знает, как сказать взрослому, что с ним происходит.
Родители могут узнать об этом только тогда, когда ситуация уже дошла до какой-то критической точки.
А теперь представьте, что ребёнок каждое утро идёт в школу, уже заранее понимая, что там снова будет давление.
Он знает, что ему будет неприятно.
Знает, что над ним будут смеяться или его будут подавлять.
Но не знает, что с этим делать.
Сегодня слово «абьюз» используется очень широко. И в бытовом смысле им часто обозначают ситуации, где один человек систематически подавляет, унижает или нарушает эмоциональные границы другого.
Но для меня здесь важнее другое: ребёнок должен иметь возможность не только чувствовать, что ему плохо, но и иметь право сообщить об этом, попросить помощи и обозначить, что с ним так нельзя.
Потому что одно дело — почувствовать: «Мне плохо».
И совсем другое — признать за собой право сказать: «Со мной так нельзя».
Вот это уже непосредственно связано с границами.
Границы вещей: почему «ты должен делиться» не всегда про щедрость
Есть ещё одна группа границ, которую почему-то часто недооценивают — границы, связанные с вещами.
Например, на работе коллега берёт вещи с твоего стола, пользуется ими без разрешения. Ты это замечаешь, тебе неприятно, но ты ничего не говоришь.
В семье может происходить то же самое. Личные вещи, пространство, время одного человека начинают восприниматься как что-то общее, к чему любой может получить доступ.
Очень хорошо этот механизм видно на детях.
Представьте двух детей. Один ребёнок берёт игрушку другого без разрешения. Взрослый говорит:
«Ты должен делиться».
Но здесь вообще не обязательно вопрос в том, что ребёнок не хочет делиться.
Возможно, он готов поделиться.
Но он хочет, чтобы его попросили.
И это совершенно разные вещи.
Если ребёнок говорит: «Не бери мою игрушку», а взрослый отвечает: «Не жадничай», «Ты должен делиться», «Не будь эгоистом», ребёнок постепенно получает очень простой сигнал:
«Моё “не хочу” не имеет значения».
И вот здесь, на мой взгляд, закладывается очень важный механизм.
Ребёнок может хотеть поделиться, но сначала хочет, чтобы с ним считались.
А если его протест каждый раз подавляется, он постепенно учится не отстаивать свою границу, а подавлять собственную реакцию на её нарушение.
То же самое происходит с эмоциями.
Ребёнок злится — ему говорят: «Не злись».
Ребёнок обиделся — ему говорят: «Не обижайся».
Ребёнок не хочет кого-то обнимать — ему говорят: «Иди, обними».
Взрослый как будто получает право распоряжаться даже телом ребёнка: когда ему обниматься, с кем здороваться за руку, кого целовать, а кого нет.
И постепенно формируется очень неприятная установка:
«Если я чувствую, что мне что-то не нравится, это ещё не означает, что я имею право это остановить».
А потом этот ребёнок становится взрослым.
И уже взрослый человек может прекрасно понимать, что ему что-то не нравится, но продолжать терпеть.
Почему взрослому человеку бывает трудно отстаивать свои границы
И вот здесь я бы связал тему границ с тем, о чём говорил в предыдущей статье — со страхом.
Во взрослом возрасте человек может оказаться в ситуации, где его границы нарушаются, но при этом его психика как будто воспроизводит старый способ реагирования.
Если говорить языком транзактного анализа, могут активироваться старые детские решения и запреты, которые когда-то помогали ребёнку сохранять отношения со значимым взрослым.
Ребёнок быстро понимает простую вещь: если я буду сопротивляться, меня могут наказать, отругать, отвергнуть, лишить одобрения или внимания.
И тогда формируется логика:
«Если я обозначу границу — будут последствия. Значит, лучше промолчать и потерпеть».
И уже взрослый человек может понимать, что ему неприятно, что с ним поступают неправильно, но всё равно ничего не делать.
Не потому, что он не понимает происходящего.
А потому, что когда-то он научился именно так сохранять безопасность.
И здесь я сформулировал для себя одну фразу:
«Я не уважаю границы другого человека ровно настолько, насколько не выстроены мои».
Это не универсальный психологический закон. Это скорее моя профессиональная наблюдаемая закономерность.
Потому что человеку, который сам не умеет чувствовать и защищать свои границы, действительно может быть сложно замечать и уважать границы другого человека.
Почему понимания своих границ недостаточно
Вот здесь возникает ещё один важный момент.
Иногда человек уже всё понимает.
Он знает, что ему неприятно.
Он знает, что имеет право сказать «нет».
Он даже может прочитать десять статей о личных границах и прекрасно пересказать, что такое нарушение границ.
Но в конкретной ситуации снова говорит:
«Хорошо».
Хотя внутри у него совершенно другое:
«Я не хочу».
И вот это противоречие между внутренним «нет» и внешним «да» — для меня гораздо интереснее, чем просто вопрос о том, умеет ли человек произносить слово «нет».
Потому что иногда проблема вообще не в отсутствии навыка.
Проблема может быть в том, что человек боится последствий собственного «нет».
Что будет, если я откажу?
Что будет, если человек обидится?
Если начнёт злиться?
Если перестанет со мной общаться?
Если я покажусь плохим?
Если меня назовут эгоистом?
И тогда человек выбирает не то, что ему подходит, а то, что кажется ему более безопасным.
На короткой дистанции он действительно снижает напряжение.
Но потом платит за это уже отношением к самому себе.
Как нарушение границ связано с самоценностью
На мой взгляд, здесь существует очень тесная связь между границами и самоценностью.
Потому что нарушение границы заканчивается не в тот момент, когда заканчивается сама ситуация.
Допустим, сегодня человек позволил кому-то нарушить свою границу. Он промолчал, хотя ему было неприятно.
Ситуация закончилась.
А вечером, когда внешних стимулов становится меньше, он начинает снова и снова прокручивать её в голове.
«Почему я ничего не сказал?»
«Почему я опять промолчал?»
«Почему я позволил так с собой поступить?»
И вот здесь может включаться уже совсем другой процесс — человек начинает обвинять самого себя.
«Я слабый».
«Я никчёмный».
«Я трус».
«Мною можно пользоваться».
То есть одна конкретная ситуация постепенно превращается в оценку собственной личности.
И дальше человек может прекрасно понимать, что произошло, но на следующий день снова повторить тот же самый сценарий.
Получается парадокс.
Человек не отстоял свою границу, потому что боялся последствий.
А потом начинает обвинять себя за то, что не отстоял границу.
И в следующий раз страх становится ещё сильнее.
Почему сравнение с другими ещё сильнее снижает самооценку
И здесь появляется ещё один механизм, который дополнительно подпитывает снижение самооценки.
Человек начинает сравнивать себя с другими.
«Вот Вася может поставить человека на место, а я не могу».
«Вот Даша спокойно говорит “нет”, а я опять промолчал».
Сначала это просто сравнение.
Но потом другой человек начинает идеализироваться.
Его способность отстаивать себя становится доказательством собственной силы, а собственная неспособность — доказательством собственной слабости.
И человек уже сравнивает не конкретные поступки, а начинает сравнивать личности:
«Он такой, а я такой».
При этом он сравнивает свою внутреннюю кухню с чужим внешним поведением.
Он не знает, что происходит с этим человеком внутри, какие у него собственные трудности, страхи и ограничения.
Но это уже не имеет значения.
Другой человек становится для него своеобразной точкой отсчёта, относительно которой он начинает оценивать самого себя.
И чем сильнее он идеализирует другого, тем сильнее может обесценивать себя.
Так нарушение одной границы может запустить целую цепочку:
я не отстоял себя → начал руминировать → обесценил себя → сравнил себя с другим → идеализировал другого → ещё сильнее обесценил себя.
А дальше возникает ещё одна проблема.
В следующий раз мне становится ещё сложнее отстоять собственную границу, потому что я уже заранее знаю, какой вывод сделаю о себе, если снова не смогу это сделать.
И получается замкнутый круг.
Нарушение границ → страх → бездействие → самообесценивание → сравнение → идеализация другого → ещё большее снижение самоценности → ещё больший страх отстаивать себя.
И вот здесь мы снова возвращаемся к тому, с чего начинали: страх не существует отдельно от других психологических механизмов.
Он может быть одним из звеньев той цепочки, которая заставляет человека продолжать делать то, что ему самому не нравится.
Почему «просто научись говорить нет» не работает
Я бы не начинал с простого совета:
«Научись говорить нет».
Потому что иногда человек прекрасно знает слово «нет».
Проблема в том, что он не может его произнести в конкретной ситуации.
И это принципиальная разница.
Навык отказа действительно может быть полезен. Но если за отказом стоит страх отвержения, чувство вины или убеждение, что после собственного «нет» обязательно последуют неприятности, одной техники недостаточно. В актуальных материалах о личных границах именно эти причины регулярно рассматриваются как факторы, из-за которых человек соглашается вопреки собственному желанию.
Поэтому сначала я бы искал, где вообще сформировался этот запрет.
В каких ситуациях в детстве мне запрещали отстаивать себя?
Что именно мне говорили?
Что происходило, когда я выражал недовольство?
Что происходило, когда я говорил «нет»?
Что происходило, когда я защищал свои вещи, своё тело, своё пространство или свои эмоции?
И уже после этого можно разбираться с теми внутренними решениями и запретами, которые сформировались тогда.
Как научиться отстаивать свои границы
И только после этого переходить к практике.
Потому что границы — это не только умение сказать другому человеку «нет».
Это ещё и внутреннее разрешение себе сказать:
«Мне можно не хотеть. Мне можно не соглашаться. Мне можно защищать своё пространство. Мне можно не позволять прикасаться ко мне. Мне можно говорить о том, что мне неприятно».
Но здесь есть ещё одна важная вещь.
Отстаивать границу — не значит заставить другого человека согласиться с твоей границей.
Это принципиально разные задачи.
Я могу сказать:
«Мне неприятно, когда ты берёшь мои вещи без разрешения».
Другой человек может ответить:
«Да ладно, что такого?»
И вот здесь моя задача не обязательно убедить его в том, что он неправ.
Моя задача — самому не отказаться от обозначенной границы только потому, что другой человек с ней не согласился.
То есть граница существует не только в момент, когда её нарушают.
Она существует ещё и в том, что я делаю после того, как её обозначил.
И, возможно, именно поэтому работа с границами — это не обучение нескольким правильным фразам.
Это постепенное формирование способности выдерживать собственное «нет» и возможную реакцию другого человека.
Границы и самоценность
И, возможно, именно отсюда начинается настоящая самоценность.
Не с того, чтобы убедить себя, что ты хороший.
А с того, чтобы начать относиться к себе как к человеку, чьи чувства, тело, вещи, пространство и желания действительно имеют значение.
Самоценность в этом смысле проявляется не только тогда, когда я доволен собой.
Она проявляется и тогда, когда я могу признать:
«Мне это не подходит».
Не объясняя себе, почему я обязан терпеть.
Не убеждая себя, что другой человек важнее.
Не сравнивая себя с тем, кто умеет отстаивать себя лучше.
И тогда вопрос становится уже не только в том, умею ли я поставить границу.
Вопрос становится гораздо глубже:
«Почему я до сих пор считаю, что не имею права её поставить?»
И вот с этого вопроса, на мой взгляд, уже действительно может начинаться работа.